[PMR]

О передвижении волохов на равнины Восточного Прикарпатья и их встрече здесь с восточнославянским населением красочно рассказано в легенде о Драгоше, приведенной в летописях Г. Уреке, М. Костина и .других молдавских летописцев. Волошский воевода Драгош с дружиной отправился на охоту. Напав на след зубра, он перешел горы (Карпаты) и, спустившись в долину у реки, настиг зубра. Здесь в безлюдных местах он встретил русина Яцко, сообщившего ему, что эти земли в значительной мере пустуют. Он познакомился с новыми землями и пришел к выводу, что они удобны для постоянного жительства. Драгош назвал реку Молдовой, а затем, возвратившись в свои старые владения, собрал подданных и переселился с ними на новые земли33. Так, согласно летописному рассказу, возникло молдавское государство и сложился молдавский народ.

Это предание, несомненно, испытало влияние фольклорной традиции XIII — XIV вв. В ту эпоху подобные легенды были широко распространены. Повесть об охотнике, преследующем оленя (тура, зубра), известна в индийской, персидской, японской народной литературах, в устном творчестве народов Европы. Литовская легенда рассказывает о том, что на месте, где когда-то охотился на тура великий князь Гедимин, воздвигли крепость. Так был основан город Вильнюс.

Предание о Драгоше имеет много общего с венгерской легендой XIII в. о Хуноре и Магоре, обосновавшихся после охоты в Паннонии34.

Сюжет легенды об охотничьем походе Драгоша является распространенным фольклорным сюжетом. Но означает ли это также, что молдавская легенда совершенно лишена исторической основы? Изучение легенды показало, что в ней причудливые фольклорные мифы переплелись с сохранившимися в народных преданиях сведениями, отражавшими объективно существовавшие процессы заселения волохами восточных предгорий Карпат и их встречи с восточнославянским населением (которое в легенде олицетворял русин Яцко). Современная историография признает подлинность личности Драгоша как одного из волошских феодалов середины XIV в. до приобретения Молдавией независимости от венгерской короны, но в летописных текстах его имя было искусственно связано с историческим процессом, проходившим несколькими столетиями раньше.

Свидетельством древних длительных контактов молдаван со славянским населением является топонимика Молдавии, в которой значительное место занимают названия рек, гор, холмов, сел славянского происхождения: Бистрица, Хлубока, Суховерх, Лозова, Садова и т. д.

При образовании многих молдавских топонимов (Брэвичень, Ворничень, Вэскэуць, Мэшкэуць, Похоарна и др.) широко употреблялись заимствованное восточнославянские суффиксы и другие лингвистические формы. В условиях долгого славяно-романского двуязычия населения славянский язык и кириллица стали использоваться в господарских канцеляриях и летописцами Молдавского княжества в XIV—XVI вв.